Смысл и смыслоутрата

Сапронов Дмитрий

Проблематика смысла стала рассматриваться в психологии давно, практически с самого начала ее становления как науки. Безусловно, категория смысла изучалась и изучается и в других науках, в частности – в философии, оказавшей наибольшее влияние на развитие представлений о смысловых образованиях непосредственно в психологии.

Наряду с обретением человеком смысла, происходит и его утрата – полная или частичная, ситуативная или глобальная. Так, абсурдность, бессмысленность жизни – одна из ключевых характеристик как для экзистенциальной философии, так и “идущей с ней в ногу” психологии. Это послужило основанием для создания методов психологической работы, связанной с поиском человеком смысла в различных, порой критических ситуациях. В первую очередь здесь необходимо назвать имя В. Франкла и его логотерапию.

Среди философов, так или иначе анализировавших понятие “смысл”, можно назвать В. Дильтея, Х.-Г. Гадамера, Э. Гуссерля, М. Хайдеггера, К. Ясперса, М. Мерло-Понти, Ж.-П. Сартра, П. Тиллиха, а так же Г. Г. Шпета, М. М. Бахтина, М. К. Мамардашвили. Уже из этого скромного перечня видно, что наиболее актуальна проблема смысла для философии экзистенциализма, феноменологии, герменевтики. Во многом как следствие этого и в психологии проблематикой смысла занимаются по большей части экзистенциалистски и гуманистически-ориентированные авторы. Однако “смысл” неоспоримо присутствует и в разных школах психоанализа, начиная с З. Фрейда. Для отечественной психологической школы (Л. С. Выготский, С. Л. Рубинштейн, А. Н. Леонтьев и др.) категория смысла является одной из ключевых для понимания деятельности, сознания, личности.

Мне представляется необходимым хотя бы вкратце описать некоторые представления о категории “смысла” в рамках его философского рассмотрения.

Э. Гуссерль, основоположник феноменологического направления, говорил о “смысле” как том, что дано нам в опыте – мы воспринимаем не мир, но “смысл” мира; каждый смысл “интенционально содержится во внутренней сфере нашей собственной испытывающей, мыслящей, оценивающей жизни и формируется в нашем субъективном генезисе сознания”; явления, феноменологически данные сознанию, “уже не суть “объекты”, но “единицы” “смысла” [1] . Именно наша сознательная жизнь и придает миру смысл (интересно, насколько близки, по сути, эти идеи представителям деятельностного подхода).

У Г. Шпета, ученика Гуссерля, понятие смысла приобретает более дробную структуру: “смысл в себе”, “смысл для себя”, “смысл сам по себе”. Так же, понятие смысла “разводится” с понятием значения. По мнению Шпета, именно благодаря внутреннему смыслу в нас возникает “чувство собственного места в мире и всякой вещи в нем” [2] . Однако смысл есть в своем роде объективная сущность вещей, он “укоренен в бытии”. Близкое по критерию “объективности” понимание смысла предлагает М. Хайдеггер. Как отмечает А. А. Михайлов, “У Хайдеггера смысл проявляется или строится также в пространстве сознания, является феноменом сознания, результатом познавательной деятельности, хотя и относится к явлениям мира как к своему предмету. Мир предстает как глобальный смыслообразующий контекст: все осмысленное “получает свой смысл именно в мире как живом пространстве человеческой деятельности” [3] . В моем понимании данной идеи, смысл уже имманентно присутствует в объективном мире, в самой сути каждой отдельной вещи. Для понимания смысла необходимо уловить интенции самой вещи, необходимо как бы следовать тому пути, по которому “движется” вещь.

Развитие представлений о смысле открывается нам в работах Ж.-П. Сартра и М. Мерло-Понти. Смысл, как и бытие, возможен только при “наличии” осмысляющего субъекта – смысл есть некое звено между человеком и миром, находящимися как бы в диалектическом единстве: “Мир не отделим от субъекта, но субъекта, который не может быть ни чем иным, как проектом мира, и субъект неотделим от мира, но мира, который он сам проецирует” [4] . Смысл для Сартра и Мерло-понти и предстает как порождение индивидуальных проектов.

Одним из первых, кто заговорил о взаимосвязи, в самом общем виде, смысла и психики, был Карл Ясперс. “Мы понимаем психические взаимосвязи изнутри, как нечто значащее, как некоторый смысл; и мы объясняем их извне, как регулярные или существенно важные параллелизмы или последовательности”. В психические феномены смысл “вкладывается индивидом, обусловливается его осознанными намерениями, реализуется им самим” [5] . Таким образом, К. Ясперс поднимает вопрос о возможности “переживания” смысла, о “внутренней работе”, благодаря которой и происходит понимание смысла.

В ином ключе, а именно – в понимании смысла как объяснительного принципа, рассуждали некоторые психоаналитики, и в первую очередь – Зигмунд Фрейд. Уже само понятие “смысл” имеет здесь иное значение – смысл как то, в силу человек совершает тот или иной поступок, смысл как причина. Отыскать смысл, для психоанализа, представляется возможным благодаря раскрытию индивидуальной истории человека.

У самого Фрейда нет единого определения личности – в течение разработки своих взглядов это понятие то всплывало, то исчезало, в каждом случае при этом наполняясь новым содержанием. Это и “смысл” как тенденция, и “смысл” как”суть” сновидения, и “смысл” как мотив действия и так далее. Однако именно Фрейд заложил основу в понимание смысла как объяснительного принципа и далеко продвинулся в, так сказать, описательной стороне этого явления.

Ученик Фрейда – А. Адлер – предложил альтернативный взгляд на смысл. В отличие от Фрейда, у Адлера смысл конкретных действий представляется возможным сопоставит со смыслом жизни в целом, с жизненным стилем, с жизненным планом. “Смысл” уже отвечает не на вопрос “Почему?”, как это было у Фрейда, но на вопрос “Зачем?”. Более того, Адлер указывал на то, что смысл не выводим из причинно-следственных связей, но подвластен объяснению лишь в телеологическом, целевом контексте. Адлер признает, что “смысл жизни” – понятие сугубо индивидуальное – сколько людей, столько и смыслов. В то же время, объединяет смыслы их возможность переходить от одного человека к другому, их “приемлемость” для разных людей. Смысл сугубо индивидуален, по Адлеру, лишь в случае невротической личности.

Для К. Г. Юнга смысл также имеет отличное от фрейдовского значение. У Юнга, что сближает его с экзистенциалистами, поиск смысла жизни выступает как сознательно поставленная задача и сугубо человеческая потребность. Поиск и реализация смысла жизни связаны с приобщением к родовой сущности, и здесь, безусловно, встает вопрос о подлинности смыслов.

Смысл для Юнга – категория не только индивидуальная, но и “надындивидуальная”. Поскольку человека нельзя вырвать из контекста культуры и истории не потеряв очень многого, то только благодаря понятию “архетипа” как коллективного и исторического “феномена” становится возможным выявить “корни” смысла жизни того или иного индивида. Юнг называет архетип источником, придающим смысл человеческой жизни.

Так же можно отметить у Юнга взгляд на смыслоутрату: “Чувство ширящегося смысла существования выводит человека за пределы обыденного приобретения и потребления. Если он теряет этот смысл, то тотчас же делается жалким и потерянным”.

Далее, на мой взгляд,... и хронологически, и с “содержательной” точки зрения, необходимо перейти к рассмотрению смысла и смыслоутраты в экзистенциальном анализе В. Франкла.

Смысл и смыслоутрата – основные понятия для Франкла. Пафос его учения во многом заключается в возможности и необходимости для каждого человека не только находить, но и реализовывать в каждой ситуации, какой бы сложной она не была, смысл жизни. Смысл этот, однако, человек не придумывает и не изобретает – сама жизнь диктует его в каждый момент времени: “Смысл нельзя дать, его нужно найти” [6] .

Благодаря тому, что для каждого человека в каждый конкретный период времени смысл уникален и единственен, Франкл отрицает некоторые “псевдосмыслы”: стремление к удовольствию, к счастью, к спокойствию и постоянству (как проявлениям гомеостаза) “Удовольствие ¾ это не цель наших стремлений, а следствие их удовлетворения” [7] . “И счастье и успех ¾ это лишь суррогаты осуществления, поэтому принцип наслаждения, равно как и стремление к власти, ¾ это лишь производные от стремления к смыслу” [8] . В то же время, человеческая активность, направленная на поиск непосредственно смысла, вряд ли увенчается успехом. Человек должен искать те “пути”, благодаря которым его жизнь наполнится смыслом. Такими “путями”, по мнению Франкла, могут являться ценности – “смысловые универсалии, кристаллизовавшиеся в результате обобщения типичных ситуаций, с которыми обществу пришлось сталкиваться” [9] .

Таких путей Франкл выделяет три: ценности творчества, ценности переживания и ценности отношения. “Ценности, которые реализуются в продуктивных творческих действиях, мы будем называть “созидательными”.Помимо созидательных, существуют ценности, реализуемые в переживаниях, ¾ это “ценности переживания… существование, бедное в отношении и созидательных ценностей, и ценностей переживания, ¾ все же оставляет человеку последнюю и в действительности высшую возможность реализации ценностей. Ценности подобного рода мы назовем “ценностями отношениями” [10] .

Если ценности творчества и ценности переживания в определенных ситуациях могут потерпеть фиаско (например, как это было с самим Франклом в ситуации концлагеря), то ценности отношения позволяют сделать жизнь осмысленной в любых условиях: “Как только список категорий ценностей пополняется ценностями отношения, становится очевидным, что человеческое существование по сути своей никогда не может быть бессмысленным” [11] .

Человек может отыскать единственно свой смысл жизни благодаря совести. “Смысл не только должен, но и может быть найден, и в поисках смысла человека направляет его совесть” [12] .

У любого человека всегда есть возможность занять определенную позицию по отношению к обстоятельствам, какими бы сложными они ни были: “Что же такое человек? Это существо, постоянно принимающее решения, что оно такое. Это существо, которое изобрело газовые камеры, но это и существо, которое шло в эти газовые камеры с гордо поднятой головой и с молитвой на устах” [13] . Человек обладает как свободой, так и ответственностью выбора собственной позиции, поиска и реализации своего смысла жизни.

Смыслоутрата, по мнению Франкла – причина многих психических отклонений, в частности – “ноогенного невроза” как следствия “экзистенциального вакуума”. “Мы можем утверждать следующее: если у человека нет смысла жизни, осуществление которого сделало бы его счастливым, он пытается добиться ощущения счастья в обход осуществлению смысла, в частности с помощью химических препаратов” [14] . Залог психического здоровья – в определенном напряжении между человеком и всегда изначально локализованном вовне смыслом. “Общество изобилия порождает и изобилие свободного времени, которое хоть, по идее, и предоставляет возможность для осмысленной организации жизни, в действительности же лишь еще сильнее способствует проявлению экзистенциального вакуума” [15] .

Поскольку, по мнению Франкла, стремление к смыслу есть врожденная мотивационная тенденция, направляющая жизнь каждого отдельного человека, то невозможность найти смысл, или отсутствие осознанного поиска превращают человека из здорового в невротичного. На работу с такими людьми и направлен особый род психотерапии – логотерапия.

В заключении данной работы мне бы хотелось остановиться на представлениях о смысле двух экзистенциально-ориентированных авторов – Сальваторе Мадди и Джеймса Бьюдженталя.

Смысл, по мнению Мадди, есть высшее объединяющее начало личности. Развитие человека происходит (в частности) за счет определенного простраивания своей жизни, выбора приоритетов, ценностей, то есть – за счет придания смысла своему существованию.

Поиск смысла, с точки зрения Мадди, – врожденная способность, осуществляемая за счет трех основных психологических способностей: потребности в символизации, потребности в воображении и потребность в суждении. Развитие этих способностей позволяет увеличивать наполненность жизни смыслом, изменяться, открывать для себя новые перспективы.

Смыслоутрата, по мнению Мадди, возникает в случае не реализации трех основных психологических потребностей, а значит – наполненности жизни в лучшем случае чужим, “продиктованным” смыслом. Смыслоутрата – вершина развивающегося “экзистенциального недуга”.

Для Дж. Бьюдженталя понятие смысла также одно из важнейших. Нахождение человеком смысла напрямую зависит от его бытия в мире: “Мы конструируем смыслы событий, исходя из того, кем мы являемся и чем являются объекты, включенные в это событие” [16] . Человек ответственен за созидание своей жизни, а значит ответственен и за поиск смысла. Смысл, по мнению Бьюдженталя, обеспечивает человеку полноту его жизни.

Страх перед неизвестностью и неопределенностью мира и места человека в мире, а, следовательно, перед необходимостью выбора, занятия той или иной позиции, порождает угрозу смыслоутраты и экзистенциальную тревогу.

Безусловно, проблематика смысла и смыслоутраты гораздо более богата и обширна, нежели в предложенный мной конспективный вариант ее рассмотрения. Весьма значимое место занимает представление о смысле в отечественной психологии, абсолютно не затронутое в данной работе. Сама категория “смысл” к настоящему в моменту в психологии уже достаточно разработана, в силу чего возможно детальное рассмотрение различных “содержательных” характеристик самого этого понятия.

Список литературы

[1] Цит. по Д. А. Леонтьев Психология смысла. М., Смысл, 1999, стр. 13

[2] Цит. по Д. А. Леонтьев Психология смысла. М., Смысл, 1999, стр. 15

[3] Цит. по Д. А. Леонтьев Психология смысла. М., Смысл, 1999, стр. 16

[4] Цит. по Д. А. Леонтьев Психология смысла. М., Смысл, 1999, стр. 19

[5] Цит. по Д. А. Леонтьев Психология смысла. М., Смысл, 1999, стр. 16

[6] В. Франкл Человек в поисках смысла, М., Прогресс, 1990, стр.37

[7] В. Франкл Человек в поисках смысла, М., Прогресс, 1990, стр.165

[8] В. Франкл Человек в поисках смысла, М., Прогресс, 1990, стр.57

[9] Цит. по Д. А. Леонтьев Психология смысла. М., Смысл, 1999, стр. 38

[10] В. Франкл Человек в поисках смысла, М., Прогресс, 1990, стр. 173-174

[11] Там же

[12] В. Франкл Человек в поисках смысла, М., Прогресс, 1990, стр.38

[13] В. Франкл Человек в поисках смысла, М., Прогресс, 1990, стр.155

[14] В. Франкл Человек в поисках смысла, М., Прогресс, 1990, стр.30

[15] В. Франкл Человек в поисках смысла, М., Прогресс, 1990, стр.41

[16] Цит по Д. А. Леонтьев Психология смысла. М., Смысл, 1999, стр. 49


Зараз ви читаєте: Смысл и смыслоутрата